Я возьму сам

– Господин сержант! Господин сержант! Смотрите!
Школяр все-таки обернулся.
С холма было видно плохо, слезы боли застили взор, но он сумел-таки рассмотреть: солдаты сгрудились у канавы и, неловко используя алебарды в качестве багров, выволакивают из грязи чье-то тело.
Больше он смотреть не стал.
– Ты обронил котомку, – сказал мавр, незаметно поддерживая клирика Веселой Науки за талию. – Ты обронил котомку, Франсуа. Хочешь, я подниму?
– Не надо, – ответил школяр, пережидая головокружение. – Спасибо, добрый мавр; не утруждай себя. Я возьму сам.
Паутинки струились в стеклянном воздухе, скользя по лицам поцелуем осени, и клин журавлей рассекал небо над головами людей.